Розмір тексту

Глава 2. От призвания князей до разрушения Киева Батыем. Очерк первый: Начало украинской государственности. Часть первая. Сказка о славянском каганате

Как мы знаем, о доисторическом периоде жизни восточных славян практически ничего не известно. Однако, со времени первых упоминаний о славянах и до появления у нас своей собственной истории, начало которой датируется последней четвертью IX века, прошло несколько веков. Учитывая так же тот факт, что многим исследователям, равно как и политическим деятелям, начальный период нашей истории кажется несколько «непатриотичным», трактовка событий, ознаменовавших собой начальную историю нашего народа, всегда была ареной нешуточных баталий, имевших, скорее, политический, чем научный подтекст. Существующие теории можно условно разделить на три основные группы: великоросская, доказывающая существование государственных институтов у северных славян до призвания варягов; украинская, возводящая нашу государственность к великокняжескому роду Киевечей, и, собственно, норманнская. Анализу этих теорий мы и посвятим несколько страниц. Начнем по порядку — русская политическая сказка «О славянском каганате»

Желая предать своим экзерсисам больший политический и исторический вес, приверженцы великорусских теорий ведут родословную древних славянских правителей от легендарного Божа, распятого негодяем Винитаром для устрашения соплеменников на заборе собственного города. Оказывается, один из потомков Божа, некто Славен, избежал тяжкой участи, и дабы избавить свой род от неприятных сношений со всякими аварами, увел его на север. Там они срубили град Ладогу, и стали жить-поживать да добра наживать. И было бы все хорошо, если бы северных соседей, злых варягов, не тянуло постоянно в греки. Поскольку путь их лежал мимо «славянской твердыни», то немудрено, что деревни и города славного племени подвергались частым набегам и грабежам. А в годы правления десятого князя из династии Славена, Буривоя, скандинавы захватили Ладогу и утвердились в ней. И пошла скорбь великая по земле славянской и финской. Ведь хорошим воспитанием пришельцы не отличались, а отобрать у вдовы последнее или перерезать, во славу Одину, несколько десятков пленников, считалось скорее доблестью, чем грехом. Терпеть подобный позор и унижение не было мочи, и славяне восстали.

Знающие люди * утверждают, что возглавил восстание сын Буривоя Гостомысл. Другие информированные люди ** в этом сильно сомневаются, приписывая Гостомыслу совершенно противоположный подвиг, а именно помощь варягу Рюрику в захвате им власти в Ладоге через несколько десятков лет. В подтверждение они приводят тот факт, что само имя этого человека, есть нарицательное обозначение того, кто «мыслит», то есть сочувствует, «гостям» — пришельцам. Но, прочь сомнения. Иначе вся наша стройная теория рассыплется как карточный домик. Мы стояли и стоять будем на том, что под предводительство Гостомысла был создан Великий славяно-финский союз, который в результате упорной борьбы изгнал скандинавов с исконно русских земель. В результате этой борьбы было образовано федеративное государство, руководителем которого был избран Гостомысл, получивший титул Великого князя (князя князей), или по тюркскому образцу — кагана.

О деятельности славянского кагана почти ничего не известно. Есть мнение, что для укрепления могущества, как своего собственного, так и руководимой им федерации, Гостомысл заключил несколько династических браков. Так, например, среднюю дочь свою Умилу, он выдал замуж за князя рарогов Годолюба, которому принадлежал крупнейший порт Рерик. Счастье молодых длилось не долго. Король данов Готфрид взял штурмом Рерик. Годолюб попал в плен и был повешен. Умила, очевидно, смогла уцелеть. Уцелел и их сын. Мальчика нарекли в честь погибшего города Рерика, в честь сокола-рарога — священного символа племени рарогов, Рюриком.

Деяниям, которые приписывают Рюрику современные сказочники, могли бы позавидовать многие легендарные вожди древности. В 826 г. его с братом Харальдом видели в Ингельгейме, резиденции франкского императора Людовика Благочестивого, ищущего покровительства, а возможно и военной помощи для возврата своей отчины. Там же, Рюрик принимает христианство и получает имя Георгий. Крестным отцом его стал сам император. Он же признал братьев своими вассалами, и обещал помощь. Говорят, братья участвовали во франкских усобицах и знаменитой битве при Фонтенуа-ан-Пюизе, состоявшейся в 841г., и унесшей жизни 40 тысяч франкских воинов.

Разочаровавшись в королях и императорах, обещавших восстановить братьев в правах, Рюрик махнул рукой и подался в варяги. Братья сколотили шайку из славян, и примкнули норвежцам, ненавидящих данов не менее чем они сами. За год, другой братья проявили себя настолько хорошо, что им приписывают руководство варяжской эскадрой, участники которой в 844 году смогли захватить и разграбить несколько десятков европейских городов, включая такие твердыни, как Нант, Бордо, Ла-Корунью, Лиссабон, Севилью. Обида на франков, не выполнивших обещания помочь, презревших память о его казненном отце, вылилась в новый поход. В 845 г. ладьи Рюрика поднялись по Эльбе и погромили города по ее течению. Затем, вместе с норвежцами он захватывал Тур, Лимузен, Орлеан, участвовал в первой осаде норманнами Парижа. Рюрик стал одним из самых известных и удачливых пиратских вождей, и в 850 г. его избрали предводителем в совместном походе нескольких эскадр. Под его началом 350 кораблей (около 20 тыс. воинов) обрушились на Англию. Следующим объектом нападений Рюрика стала Германия. Он принялся систематически опустошать побережье Северного моря, по Рейну совершал рейды в глубь немецких земель. И в результате навел такой ужас, что император Лотарь запаниковал. Чтобы избежать дальнейшего разорения своих владений, он вступил с Рюриком в переговоры. Выяснилось, что княжич-варяг совсем не против примириться, но он выдвинул ряд условий. Лотарю пришлось принять их. Он, как и Людовик Благочестивый, признал право Рюрика на отцовское княжество, согласился считать его своим вассалом

Некоторые историки*** не склонны отождествлять одного из участников этих подвигов, датского бродягу-викинга Рориха, как называет его Бертинская хроника с пришедшим на княжение в Новгород Рюриком. Европейские историки действительно считают его даном, который руководил варягами в побережных грабежах, заставлял императора Лотаря уступить ему в лен несколько графств во Фрисландии, не раз присягал ему верно служить и изменял присяге, был изгоняем фризами, добивался королевской власти на родине и, наконец где-то сложил свою обременённую приключениями голову. «Если факты противоречат моей теории, то тем хуже для фактов!» — сказал как-то Гегель. А чем мы хуже? Да ничем! Поэтому, последуем за нашим героем, который, заручившись поддержкой императора, пошел войной на датчан, с целью вернуть утраченное княжество. Вначале он сильно преуспел, и даже отвоевал себе отцовский трон, но как каждый настоящий герой был предан, и, потерпев поражение, отправился зализывать раны на острова. Там его и нашли ладожские послы.

Оказывается, в 844г., не оставив наследников скончался Гостомысл. «Каганат» распался на отдельные княжества. Трудно представить, что происходило в окрестностях Ладоги последующие 10-15 лет. То, что за такой короткий промежуток времени, особенно учитывая неспешный ритм жизни северных народов и затрудненные непроходимыми чащами и отсутствием дорог коммуникации, бывшие сограждане смогли нанести друг другу столько обид, что стало невмоготу, определенным образом их характеризует. Но факт остается фактом: знать и старейшины словен, кривичей, чуди, веси вступили в переговоры, чтобы опять объединиться. Под объединением понималось следующее: сии уважаемые мужи приняли решение — отдать свои земли, своих соплеменников, свои города и села под власть сильного и справедливого вождя. Как водится, были варианты: «от нас, от хазар, оп полян, от дунайцев, от варягов». Вариант «от нас» отбросили сразу. Племена друг другу не доверяли. Более того, они слишком хорошо знали свою природу, что бы в очередной раз обмануться. Особого доверия не вызвали и ближайшие родичи — славянские племена полян и дунайцев.

В очередной раз перед славянскими вождями стал выбор — Европа или Азия. Казалось бы, аргументы в пользу хазар выглядели предпочтительней: отсутствовала давняя вражда, имелся успешный опыт государственного строительства, по слухам, хазарским правлением были довольны поляне. И ведь еще живы были люди, которые помнили «художества» варягов и которые, возможно, с оружием в руках выгоняли их с родной земли. Неужели, даже страх пролить собственную кровь на алтарь скандинавских богов, казался меньшим злом, чем перспектива и дальше общаться друг с другом на равных. И, тем не менее, победила Европа. Чем был определен подобный выбор, неизвестно. То ли караван с еврейско-хазарским золотом, предназначавшимся для взятки особо упорствующим вождям, был разграблен кем-то на Волге, то ли произвел впечатление рассказ о вещем сне Гостомысла, увидевшего выросшее из чрева Умилы дерево, от которого кормятся народы. Таки ли иначе, выбор пал на викингов.

Примерно между 855 и 862 годом Рюрик с братьями Синеусом и Трувором прибыли в Ладогу. Вполне вероятно, что братьев никаких и не было, а были его родственники (sine hus) и дружинники (thru voring). Поставив варяжские гарнизоны в Ладоге, Изборске и Белоозере, Рюрик стал править.

Вот такая, небезынтересная история. Правда, невооруженным взглядом видно, что многие факты «притянуты за уши», а выводы делаются не на имеющейся информации а, скорее на ее отсутствии. Едва ли не единственным свидетельством существования «славянского каганата», есть упоминание о том, что кто-то видел в Константинополе, при дворе Императора послов какого-то северного «кагана». У меня есть друг. Лет тридцать назад, обладая буйным нравом, полным неприятием коммунистической морали и не дюжими лидерскими качествами, он заслужил имя «король Алмазного». Примерно в тоже время я имел честь лицезреть «королей» Половок, Колонии и Кобыщанов.**** Думаю, что даже самый пытливый обладатель подобной информации, вряд ли будет искать зачатки государственности или автономии у городских кварталов. Или, скажем, зачем князь и княгиня, носящие типичные славянские имена Годолюб и Умила, называют своих сыновей ярко выраженными скандинавскими именами — Рюрик и Харольд. Ведь было бы смешно, если бы вождь североамериканских индейцев Зоркий Сокол вместе с женой Благоухающей Лилией назвали бы своего сына в честь знаменитых индейских кузнецов Джоном Смитом. Или..., а впрочем, зачем эти изыски. Ведь это не наша история. Сами пусть и разбираются.

Борис ЛОЗОВСКИЙ

________________

* В. Е. Шамбаров
** Л. Гумилев
*** Ключевский
**** Алмазный, Половки, Колония, Кобыщаны — районы города Полтава

Теги: історія

Полтавщина:

Запропонувати тему