Розмір тексту

«Реформы идут и приносят плоды»: Егор Фирсов о первых месяцах работы во главе Госэкоинспекции

OBOZREVATEL пообщался с исполняющим обязанности главы Государственной экологической инспекции Егором Фирсовым о том, куда движется его ведомство и как он реагирует на критику внутри «Слуги народа».

— Вы возглавляете экологическую инспекцию пять месяцев, это довольно небольшой срок как для чиновника. Но с другой стороны, за это время уже сменилось правительство. Что вам удалось сделать за этот период, назовите 3 достижения.

— Первое, нам удалось обновить руководство инспекции практически на 90%, пришли новые руководители территориальных организаций, с энергией и современным подходом к делу. Инспекция теперь нацелена на результат, а не на процесс. Мы хотим показать, как нужно работать, и как следствие — второе достижение это сумма взысканных в бюджет средств. За 4 месяца моей работы, по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, сумма взысканий возросла больше чем в 2 раза — с 16 млн до 34 млн. И поверьте, это только начало. И наверное третьим достижением я бы назвал открытость, мы пытаемся коммуницировать с обществом, с бизнесом, со стейкхолдерами в сфере экологии. Инспекция становится публичной и прозрачной, мы реагируем на каждое обращение и жалобу, проводим внутренние расследования и принимаем кадровые решения.

— Когда вас назначили главой этой структуры, вы фактически не имели опыта управления такой организацией. Удалось ли вам уже освоиться и войти в курс дела? Или этот процесс еще идет?

— Удалось и достаточно быстро. Во-первых, я пришел не один — вместе со мной пришла целая команда молодых и целеустремленных людей, нацеленных на результат. Поэтому для нас не составило труда вникнуть в рабочий процесс. Во-вторых, все это время я действительно работал в экспресс-режиме, проводил собеседования с сотрудниками, изучал внутреннюю документацию и выявлял самые проблемные направления. Поэтому уже к новому году у меня было ощущение, что я работаю в Экоинспекции много лет. Сейчас у меня уже есть полное понимание, что и как нужно делать. Реформы уже идут и приносят первые плоды.

— Как же вам удалось за такой короткий срок изучить экологическое законодательство? Ведь это довольно большой объем информации.

— Вы правы, но дело в том, что я стал изучать это законодательство не с ноября 2019. Вопросами охраны окружающей среды я занимаюсь уже несколько лет, экология — одна из сфер, которая интересует меня очень давно, поэтому экологическое законодательство я изучил достаточно неплохо. Раньше вместе со своими единомышленниками и экоактивистами я уже занимался разработкой программы реформ экологического законодательства. Эту программу я показал новой команде, когда в Украине сменилась власть. И именно благодаря тому, что у меня было понимание проблем и видение путей их решения, мне и предложили занять нынешний пост. Отсутствие опыта, о котором вы сказали, компенсировалось знанием ситуации и желанием решать проблемы.

— А кто конкретно вам предложил эту должность? Вас называют человеком близким к экс-премьеру Гончаруку.

— После того, как мы подготовили план реформ, я презентовал его в Офисе Президента. Собрали несколько кандидатов, и каждый имел возможность рассказать свое видение изменений. Президент выслушал каждого, задавал вопросы и делился планами. На встрече были все члены команды, в том числе и Алексей Гончарук. С ним я встречался неоднократно, и тоже защищал свое видение. После всего этого, мою кандидатуру утвердили, и я приступил к работе.

— И все же, вас регулярно критикуют представители Слуги Народа, например Дубинский называет вас «соросёнком» и представителем БПП. Выходит, что не все вас поддерживают?

— Я и сам был народным депутатом, и знаю, что ни одна команда какой бы монолитной не казалась, такой не является. Есть группы, есть центры влияния и между ними всегда идет борьба. Очевидно, что группу которую представляет Дубинский, я не устраиваю. И они системно обливают меня грязью, к счастью, делают это настолько топорно, что скорее помогают, чем вредят. Судите сами, как можно называть БППшником человека, которого по личному указу Порошенка лишили мандата? Эта история звучала на всю страну и известна каждому человеку, интересующемуся политикой. Уже не говорю о том, что в течении многих лет я системно критиковал прошлую власть и это легко проверить, перечитав мои публикации. Я вам даже больше скажу, если вы вспомните дебаты на стадионе, то перед ними была дискуссия в студии, такой себе «разогрев». От Порошенко тогда пришел Арьев и рассказывал о невероятных успехах их команды. А знаете кто ему оппонировал? Может кто-то из действующих депутатов «Слуг народа»? Нет, напротив Арьева сидел я, и системно рассказывал о каждом провале, о каждом коррупционере и проходимце из команды Порошенко. Потому, пользуясь случаем, я хочу даже поблагодарить этих хейтеров за внимание к себе. Адекватные люди только смеются от их потуг.

— Хорошо с группой Дубинского все ясно. Но без поддержки в Парламенте вам будет сложно продвигать реформу Экоинспекции. И в принципе у депутатов достаточно возможностей, чтобы усложнить вам жизнь.

— Поверьте, меня поддерживает достаточное количество депутатов, со многими я знаком по политической деятельности. И со многими познакомился уже во время работы. Депутаты видят реальные изменения в работе инспекции, и понимают, что реформа назрела. Совсем недавно был зарегистрирован законопроект 3091 «Про государственный экологический контроль», который поддержал экокомитет и многие другие народные депутаты в частности одним из первых лидеров адвокации этого проекта был Александр Мариковский. Было бы неправильно утверждать, что наша деятельность не имеет поддержки в Парламенте, скорее наоборот, я чувствую там плечо помощи. А крики отдельных личностей, это скорее исключение.Уверен, поддержка экологической реформы найдет отклик и в новом правительстве у всего состава Кабинета министров.

— Вернемся к Госэкоинспекции, чем этот орган сейчас отличается от того, в который вы пришли 5 месяцев назад?

— Экологическая инспекция впервые заработала. То есть, мы запустили то, что раньше не работало вообще. Была просто организация, на содержание которой выделялись деньги из бюджета, но при этом она не выполняла своих функций. Большинство сотрудников просто ходили по предприятиям и собирали с них дань. Иногда для проформы выписывались какие-то копеечные штрафы на несколько тысяч гривен. И все. Теперь же этот орган впервые работает так, как должен работать. Премьер-министр поставил задачу проверить сотни предприятий, и мы ведем по ним реальные проверки и показываем реальные результаты. Конечно, в тоже время там остаются и порядочные профессионалы, которыми мы сейчас очень дорожим и всячески стараемся раскрыть их рабочий потенциал.

— Можно больше конкретики? В каких цифрах эти результаты выражаются?

— Самый яркий пример — это штраф в 10 млн грн, который мы выставили в прошлом месяце и который уже уплатила компания «Метинвест». Это беспрецедентная сумма, раньше загрязнители не выплачивали компенсации за нарушения в таком объеме. Для сравнения, в 2018 году предприятия «Метинвеста» платили штрафы в размере 25 тысяч грн. То есть, экоинспекция просто имитировала работу и выставляла нарушителям какие-то символические суммы для отчетности. Мы работаем прозрачно, честно и максимально открыто. Именно поэтому у нас и получается показывать результат. Сложно приходить в компанию после сильного руководителя — нужно работать на его уровне и стараться соответствовать. Но когда ты приходишь в компанию, которая фактически не работала, и начинаешь впервые за долгое время что-то делать — результат будет виден сразу же. Поэтому всего за несколько месяцев у нас и есть уже конкретные достижения, хотя мы только начали, и впереди огромный объем работы.

— Скажите, штрафы о которых вы сейчас говорить могут быть связаны с поджогом вашего автомобиля?

— Вы знаете, подобных штрафов и конфликтных ситуаций настолько много, что подозревать кого-то конкретного я не могу. Мы каждый день насчитываем миллионные штрафы. Я очень часто поднимаю проблемы «недопусков» инспекции к проверке на публичный уровень. Все это может восприниматься как что-то личное, хотя мы просто выполняем свою работу. И от того сожгут мне автомобиль или попытаются еще как-то навредить, инспекция работать не перестанет. Это должно стать ясно для всех. Мне все равно кому принадлежит предприятие, олигарху, чиновнику, иностранцу или бандиту из 90х, мы будем проверять всех одинаково. Посыл ко всем один — не нарушайте законодательство, и мы не будем насчитывать штрафы.

— Т.е. никаких «выводов» вы для себя не сделали после поджога авто?

— Повторю еще раз, мы продолжаем работать в привычном турбо-режиме. Поиском преступников занимаются правоохранители. Искать самостоятельно, подозревать, делать громкие заявления в прессе или выяснять кто за этим стоит, я не буду. Не вижу в этом смысла. А выводы пусть делают те, кто пытался таким образом меня запугать — не вышло, значит не надо даже пытаться. Я в своей жизни проходил и через большие трудности, вспомнить хотя бы 2014 год, когда мой дом обстреливали из автоматов, противостояние с Янковичем и войну на Донбассе.

— После своего прихода вы анонсировали кадровые чистки. Насколько успешно они продвигаются? Или вы уже отказались от этой идеи?

— Не отказались, и набор новых кадров продолжается прямо сейчас. Безусловно, невозможно уволить абсолютно всех. Некоторые руководители пока остаются. Ведь кто-то же должен работать уже сегодня, мы не можем ждать, пока произойдет полная перезагрузка, на это может уйти год-полтора. Но в большинстве областей мы уже заменили руководителей. Даже поверхностный анализ показал, что большинство руководителей на местах, к сожалению, были коррумпированы. Самый яркий пример, который я уже приводил — руководитель Днепропетровской областной организации. Там человека ловили на взятке, выводили из кабинета в наручниках, а он все равно затем возвращался на работу, и никто даже не думал его увольнять на протяжении 12 лет. Подобных примеров не мало. Понятно, что такие кадры необходимо из инспекции вычищать раз и навсегда. Другое дело, что найти новых руководителей не всегда просто. Иногда на это уходит время. Думаю, вы сами знаете, что в стране дефицит хороших специалистов, тем более хороших руководителей. С одной стороны у нас безработица, с другой — кадровый голод. Такой вот парадокс.

Тем не менее, значительную часть своего времени я трачу на встречи и собеседования, чтобы у нас работали лучшие. Например, Волынскую инспекцию возглавил бывший заместитель роты батальона Айдар — Александр Кралюк, прошедший Дебальцево. В Столичном округе начал работу Сергей Волков, известный эксперт, автор законопроектов об отходах. Список можно продолжать.

Если ты хочешь сделать инспекцию лучшей, то и привлекать на работу ты тоже должен лучших.

— Недавно на всю страну звучали заявления, что в Украине побеждена коррупция на топ-уровне. Многие восприняли эти слова скептически. Что вы думаете по этому поводу? Можете ли вы подтвердить, что в экологической инспекции коррупции больше нет?

— Я действительно могу подтвердить, что ее нет на топ-уровне. Ни мне, ни одному из моих замов сейчас абсолютно невозможно дать взятку. Мы не назначили на руководящие посты ни одного человека, связанного с каким-либо олигархом. Мы больше не игнорируем проблемы грязных производств — впервые за годы начались реальные проверки, а за нарушения законодательства нарушители получают реальные счета на миллионы гривен, а не смехотворные штрафы на 5-10 тысяч. Это объективная реальность. Раньше экоинспекция так не работала. В то же время, коррупция все еще остается проблемой на низовом уровне. И победить ее там быстро и легко не получится. Сегодня я уже имею информацию о том, что в регионах наши инспектора пытаются шантажировать предпринимателей и вымогать у них мелкие взятки в несколько сотен или тысяч долларов. Каждый такой сигнал мы тщательно расследуем. Убедительно прошу всех, кто сталкивается с чем-то подобным, сразу же сообщать мне о таких фактах. Разумеется, мы будем их решительно пресекать, но в то же время хочу отметить, что одними только репрессиями и угрозами эту проблему мы не решим. Настоящая наша беда — это низкие зарплаты сотрудников. Рядовой инспектор получает около 8 тыс. гривен, а если человек впервые приходит на госслужбу то и того меньше. Начальник отдела до 12 тыс. что тоже явно ниже рынка. Подобные специалисты уходя на предприятия получают зарплату в 2-3 раза выше. И пока зарплаты будут оставаться такими, конечно же, люди будут брать взятки. Это можно изменить только одним путем — повысить оклады инспекторов до приемлемого уровня. Они должны быть выше средних зарплат по стране. Соответствующий законопроект 3091 мы уже плотно отработали вместе с авторитетной экологической организацией «Екологія. Право. Людина», их организации недавно исполнилось 15 лет, они одни из лучших экспертов в стране, они же, кстати и являются основными авторами. Поэтому, мы надеемся, что он будет принят в парламенте в ближайшее время несмотря на эпидемию коронавируса.

— Но не кажется ли вам, что после последних скандалов с высокими зарплатами высокопоставленных чиновников, которые получали огромные оклады в сотни тысяч гривен, такая инициатива не найдет отклика? Люди и так обозлены этими новостями. Куда же еще повышать?

— Понятно, что эти меры непопулярны. Но другого выхода нет. Иначе мы никогда не поборем коррупцию. Но в свою защиту могу сказать, что благодаря нашей работе сейчас значительно выросли объемы поступления в бюджет от нашей деятельности. Ведь что такое штрафы? Это же не просто какие-то репрессий ради репрессий. Это фактически налог — налог на грязные технологии. Если предприятия будут модернизироваться и снижать выбросы — этот налог платить им не придется. Если же они не хотят модернизироваться — придется платить. Сегодня мы собираем этот налог. Следовательно, экоинспекция — это не просто какая-то группа дармоедов, которая только берет из бюджета деньги. Мы также и приносим деньги в бюджет. Недавно, мы подняли информацию за последние 3 года и выяснилось, что субъекты хозяйствования по нашим претензиям должны выплатить порядка 6,3 млрд. грн. Поверьте, это весьма существенная сумма для государственного бюджета. Наша задача ее взыскать и за счет качественной работы увеличить этот показатель.

— Не слишком ли много налогов для нашего бизнеса? Он и так жалуется, что приходится слишком много платить.

— Я не могу комментировать наше налоговое законодательство, но я точно могу сказать, что за загрязнение окружающей среды платить необходимо и это неизбежно придется делать. Поверьте, в Украине еще очень лояльное законодательство в этом плане. В ЕС и США некоторые наши предприятия вообще не имели бы права работать. Их бы просто закрыли. Так что у нас в этой области пока раздолье. Но это не значит, что ситуацию не нужно менять. В будущем наше экологическое законодательство будет синхронизировано с европейским. Поэтому владельцам крупных грязных производств уже сейчас нужно думать об их модернизации. Цель нашей деятельности — не состоит в том, чтобы вытрясти с кого-то деньги. Мы лишь следим за тем, чтобы производители соблюдали чистоту и стимулируем их к этому. Штрафы — инструмент, но не самоцель, конечно же.

Мы не нападаем на бизнес, так задача не стоит. Бизнес тоже должен понимать, что охрана окружающей среды — это не абстрактное понятие, это не про будущие поколения, хотя и про них тоже, в первую очередь это про жизнь и здоровье граждан сегодня.

— Какие ваши планы на ближайшие время? Какие реформы вы планируете внедрять сейчас в первую очередь?

— Сейчас сложно говорить о планах, поскольку мы переживаем эпидемию и сейчас главная задача — сохранить человеческие жизни и ограничить распространение COVID-19. В этой сложной ситуации у инспекции остаются полномочия по внеплановым проверкам, как бы то ни было, если люди страдают от загрязнения окружающей среды — мы должны реагировать. Это наша обязанность. Сейчас начался период нереста и период тишины, поэтому наши усилия направлены на контроль в сфере биоразнообразия и защиты окружающей среды. Кроме этого, мы пытаемся использовать те полномочия, которые у нас есть, чтобы помочь справиться с эпидемией. Мы уже начали проверку компаний, которые занимаются утилизацией медицинских отходов. Сейчас для нас это приоритет, чтобы зараженные отходы были утилизированы, а не попали на свалку или в лесополосу.

А если говорить о будущем, то мы конечно же ждем, что будет принят закон «Про государственный экологический контроль», который в корне изменит существующую систему. Инспекция получит дополнительные полномочия и возможности для оперативной и эффективной работы. Главная наша задача — сделать окружающую среду чище, так, чтоб это заметил рядовой человек. Построить такой орган, чтоб инспектора уважали и доверяли ему, когда он приходит на проверку. К этому мы и стремимся.

Источник: www.obozrevatel.com

На правах реклами

Останні новини

Полтавщина:

Запропонувати тему