Розмір тексту

Для полтавчанина война началась не в 1941-м, а в 1938 году

Иван Степанович Коваленко Иван Степанович Коваленко | Фото: Ян Пругло

«Я 80 лет работаю и, наверное, уже никогда не смогу просто сидеть дома, тихонько, как говорится, «пенсионерить», — так начал свой рассказ председатель совета ветеранов Октябрьского района Полтавы, 92-х летний Иван Коваленко

Родился же Иван Степанович в далеком 1917 году в селе Ручки Лохвицкого района области. Впрочем, здесь снова уместно передать ему слово.

— В 1920 году нашу семью переселили на хутор Красная Звезда, батько получил 4 десятины земли, — продолжил рассказ ветеран. — Жили в голом поле, всё нужно было строить, поэтому поначалу семья жила в землянке. В 1924 году я пошел в семилетнюю школу. Летом работал в колхозе, молотобойцем. Мой старший брат Фёдор Степанович работал в Полтаве. Позвал меня к себе — так я оказался в областном центре. В 1934 году закончил рабфак и по комсомольской путевке пошел добровольцем в армию. Просился в морфлот или в авиацию. Почему хотел стать солдатом? В Полтаве была военно-партийная школа, по плацу маршировали солдаты. Я смотрел на них как зачарованный, что-то во мне проснулось, и я сказал сам себе: «Неужели, Иван, и ты не сможешь стать солдатом?». Так я пошел в военкомат, а он тогда был в здании, где сейчас ресторан или магазин, на остановке Стадион в Полтаве. Меня похвалили, но отправили не на море, а в пехоту, в училище красных старшин. В 1938 году я закончил эти курсы, и был, в звании лейтенанта, направлен во Владивосток, на должность командира стрелкового взвода 115 стрелкового полка. Вскоре я стал командиром разведвзвода, учил бойцов военным премудростям. 30 июня по боевой тревоге нас погрузили на большой торговый корабль и отправили в бухту Посьет, рядом с корейской границей. По прибытию мы увидели раненных и все поняли, что это не учение, а война. 5 августа мы первый раз вышли на разведку. Так получилось, что бойцы мои почти все были с высшим образованием, учителя, и все были старше меня. Но в военном деле они были слабее меня, поэтому слушались и уважали.

А уважали, наверное, за мою мужицкую смекалку. На том задании, уже записав все разведданные, нужно было форсировать водную преграду. Я, положив свернутую бумагу в ствол карабина, заткнул его «очеретиной». Это же посоветовал сделать и солдатам. А также взять ещё эти трубочки, чтобы в случае чего, дышать под водой.

Когда возвращались с этой разведки, то уже утром японцы заметили нас и начали обстреливать, одна шрапнелина царапнула мне ногу. Уже по возвращению бойцы заметили, что у меня брюки в крови. Но я только отмахнулся — ерунда, говорю. За ценные данные меня поблагодарил маршал Блюхер. Его потом, правда, репрессировали.

Позже приходилось идти в лобовую атаку на японские железобетонные укрепления. Помню, как японцы бросали в нас гранаты, а мы их на ходу поднимали и возвращали японцам эти «подарки» обратно. 10 августа нам помогла наша авиация, а 11 числа японцы выбросили белый флаг, настало перемирие. Хоть мы и отстояли свои территории, но потери были очень большими. Ведь мы наступали в лоб, на укрепленные позиции, обход с флангов нам запретили, ведь для этого нужно было перейти границу. А Сталин говорил, что советский солдат границу переходить не должен.

На Дальнем Востоке я пробыл до 1940 года. Тогда же сбылась моя мечта — меня назначили в авиацию. Я начал учиться летать в городе Энгельс, это недалеко от Омска. Летал на самолетах ПЕ-2 и У-2.

И вот одного дня нас одевают в полушубки и отправляют под Сталинград. Мы уже обрадовались, что, наконец, будем воевать. Но там нас увидел инспектор по ВВС, приказал немедленно возвращаться в училище и продолжать тренировки. Так нас снова переодели в шинели и отправили обратно. Но самое обидное было дальше. Где-то уже в 1944 году мой курс отправили в боевые авиачасти, а по мне приказа никакого не было. Трудно передать словами как мне было плохо тогда на душе. Подошел к командиру, а он сказал, что, ты, Иван, уже навоевался, учи летать других, других инструкторов у нас нет. Вот я и стал учить. Кстати, готовил не только советских курсантов, но и польских, югославских. Так в училище и встретил завершение войны.

В 1946 году поступил в высшую офицерскую школу в городе Грозный. После окончания меня спросили, где я хочу служить. Говорю им, что посылайте в любую военчасть, только не назад в училище. Так я оказался снова на Дальнем Востоке, на острове Сахалин, где была бомбардировочная авиация. Получил и новую должность — начальника штаба эскадрильи, потом был и командиром разведки полка. Там я думал, что снова придется воевать, но уже в Корее. Мы каждый день готовились, но в корейском небе воевали только наши истребители.

Уже в начале 60-х годов Хрущев решил сократить численность армии. Под это сокращение попала и наша часть. Так как у меня уже было 27 лет выслуги, то уволился и я. Вернулся в Полтаву и работал в тресте Полтавакоопстрой. В 1990 году мне предложили возглавить совет ветеранов в Октябрьском районе. И вот с тех пор я работаю на этой должности, — закончил свой рассказ ветеран.

Иван Коваленко награжден Орденом Красной Звезды, Красного Знамени и двумя Орденами Богдана Хмельницкого 3, 2 степени. Его имя навечно внесено в почетные списки ВВС СССР.

Ян ПРУГЛО, «Полтавщина»

Останні новини

Полтавщина:

Запропонувати тему