11.12.2009 | 8:31

Мотобольное сердце Юрия Алексенского

Юрий Алексенский (на мяче) – лидер сборной СССР Юрий Алексенский (на мяче) – лидер сборной СССР

Суперзвезда полтавского «Вымпела» Юрий Алексенский — бесспорно, лучший украинский мотоболист современности. Его игра пленила воображение не только поклонников мотобола, но и людей, которые впервые соприкоснулись с этим видом спорта

Всю свою жизнь Юрий Алексенский был верен своему выбору, а его достижения в мотоболе поистине уникальны. Он — единственный украинский спортсмен, который является обладателем всех наивысших титулов современного мирового мотобола. Алексенский — 12-кратный победитель Кубка Европы, чемпион континента (в составе сборной СССР), чемпион Спартакиады народов СССР (в составе сборной Украины), чемпион и обладатель Кубка СССР (в составе полтавского «Вымпела»). Юрий Алексенский, завершив свою уникальную карьеру четверть века назад, помнит до мельчайших подробностей не только конкретные события и матчи, но даже ритм мотора своего мотоцикла и, кажется, запах гари на мотобольном поле...

Футбол на мотоциклах

— Юрий Никонович, почему вы выбрали именно мотобол?

— По-другому, наверное, и быть не могло. Родился я в Ставропольском крае, в городе Зеленокумске. Ландшафт местности там - уникальный, ведь этот регион относится к Северному Кавказу. Он был одним из излюбленных мест мотокроссменов всего бывшего Советского Союза. Не обошла эта страсть и меня: очень рано появился велосипед с моторчиком - в те времена это была невиданная роскошь для пацанов. Практически все свое свободное время я проводил на колесах. В первой половине 60-х годов по многим городам и весям нашей страны "куролесили" предприимчивые мотогонщики, развлекая народ представлением, которое в те времена называлось "футбол на мотоциклах". Безусловно, в исполнении первопроходцев подобное шоу выглядело, скорее, клоунадой и на него ходили, в основном, чтобы поразвлечься. Но для самих организаторов и непосредственных участников увлекательных матчей подобное мероприятие приносило огромную выгоду, как материальную, так и с точки зрения технического совершенствования. Впоследствии, буквально на протяжении следующих нескольких лет, в мотоболе элементы "шоу-программы" были вытеснены непосредственно спортивным противостоянием команд.

1964 год стал переломным как для самого мотобола, так и лично для меня. Именно в том году состоялся первый розыгрыш Кубка Европы, в котором участвовали западноевропейские сборные. А после него в Советском Союзе, наконец, решились провести "экспериментальный" (как его тогда называли) чемпионат страны. В том же 1964 году была создана мотобольная команда и в Зеленокумске. Быть в стороне от всего этого я, конечно, не мог.

— От кого на стадии зарождения мотобола, в первую очередь, зависел процесс формирования команд?

— Прежде всего, от местных ДОСААФовских организаций и их руководителей. Зеленокумскую "ячейку" оборонного общества возглавлял Анатолий Ковган, который страстно любил мотобол. Для своей "Молнии" он делал все возможное и невозможное. По его инициативе в городе был построен великолепный стадиончик на берегу протекающей вокруг него кольцом реки Кумы. Вход на него был только один, поэтому безбилетных зрителей не существовало. В то же время, трибуны никогда не пустовали, ибо зеленокумская "Молния" постоянно прогрессировала. В 1967 году мы стали чемпионами Российской Федерации, в следующем сезоне победили в первом дивизионе первенства СССР. В 1969 году "Молния" дебютировала в высшей лиге и чуть-чуть не дотянула до бронзовых медалей. Тогда мы на равных сыграли со всеми грандами советского мотобола: с чемпионом - черкесским "Домбаем" - 5:5, а с призерами - элистинской "Кометой" - 5:6 и невиномысским "Кавказом - 9:10 (!). Год спустя зеленокумцы стали серебряными призерами чемпионата Советского Союза. Нас наградили медалями, а Анатолия Ковгана - орденом Трудового Красного знамени за "огромный вклад в развитие спорта в Ставропольском крае".

— Юрий Никонович, как же так получилось, что вы рискнули перейти из родной команды в полтавский «Вымпел», который к тому времени был далек даже от мечты попасть в тройку призеров чемпионата страны?

— Хочу отметить, что это было не только мое решение. Я сам вряд ли бы отважился на этот переход с чисто спортивной стороны. Меня бы просто не поняли, ведь к тому времени я был не только призером чемпионата СССР, но и обладателем Кубка Европы-69 в составе сборной страны, за что мне было присвоено звание мастера спорта международного класса. И вдруг - Полтава! Серьезную "работу" в этом плане со мной провел сам Анатолий Ковган. А предыстория была такова. Партийные органы Полтавской области были удивлены той популярностью мотобола, которой он пользовался в областном центре. Все матчи "Вымпела" проходили при переполненных трибунах. В Россошенцах уже началось строительство солидного по тем временам мототрека. Оставалось сформировать боеспособный коллектив, который мог бы вести борьбу за медали чемпионата. В полтавских "верхах" обратили внимание на Анатолия Ковгана, объяснили ему ситуацию, и, что самое забавное - дали массу обещаний... К тому времени я уже жил со своей семьей, и когда Анатолий Дмитриевич дал мне стопроцентную гарантию, что я получу в Полтаве отдельную квартиру, то "упираться" уже не было смысла. Он лично посадил меня на самолет в аэропорту Минеральных Вод, и я отправился в Полтаву. Приехал сюда 1 июня 1971 года, а через полтора месяца (15 июля) уже вселился в новую квартиру. Все обещания руководства были выполнены.

«Меня грозились утопить в куме»

— Итак, вы стали членом нового коллектива…

— Скорее всего, нового условно, ибо со всеми игроками "Вымпела" я был хорошо знаком, как с отчаянными соперниками. Виктор Баруздин, Николай Андрущенко, Юрий Васильченко, Иван Булавацкий, Виктор Литовка... Тут проблем не было. Трудности были в ином - в том, что мой переход состоялся в разгар сезона. Иногда соперники недоумевали, как, мол, Алексенский играет против них по 4 раза. Кто-то даже протесты писал. Однако руководители Полтавы проделали перед этим большую работу в Москве, так что противникам "Вымпела" приходилось только недоумевать.

В первом же своем матче в составе "Вымпела" я забил гол в ворота черкесского "Домбая". Через две недели после этого полтавчане приехали в Зеленокумск. В моем родном городе меня грозились утопить в Куме, - такие бушевали страсти. Во втором круге в ворота своих бывших одноклубников я забил 3 мяча, но это не спасло "Вымпел" от поражения. В итоговой таблице 1971 года полтавчане заняли привычное для себя место - пятое, а "Молния" завоевала бронзовые медали. Однако я оказался лишь "первой ласточкой" в новом "Вымпеле". Уже в конце 1971 года в составе команды появились опытные мотоболисты из Алма-Аты Виталий Захаров, Леодор Русаков. Кроме того, мне было предложено выбрать для себя "со стороны" любого игрока для создания ударного дуэта.

Мой выбор остановился на игроке зеленокумской "Молнии" Валерии Кудинове, который, кстати говоря, еще и мой родич - родной брат жены. И я, к счастью, не ошибся. Короткий период пребывания Валерия в Полтаве вознес его на гребень мотобольной славы. В 1973 году он установил фантастический рекорд результативности - 106 мячей за сезон, из них 73 - в чемпионате СССР. Это уникальное достижение так и осталось никем не превзойденным. К нему не смогли приблизиться даже такие супербомбардиры, как Валерий Кузыченко из Элисты и Александр Царев из Коврова.

— В 1972 году «Вымпел» предстал перед болельщиками новым ансамблем исполнителей …

— И сразу же заставил с собой считаться всех признанных авторитетов. Переехал в Полтаву и "соавтор" моего перехода из Зеленокумска Анатолий Ковган. Под его руководством "Вымпел" завоевал бронзовые медали чемпионата страны, а в финальном матче Кубка СССР проиграл суперклубу из Элисты - 0:1. Зато следующий - 1973 год - стал триумфальным для полтавчан. "Вымпел" стал автором золотого "дубля", завоевав звание чемпиона и обладателя Кубка Советского Союза, не проиграв ни одного матча в сезоне!

Часовских на «блюдечке»

— Мог ли «Вымпел» повторить этот успех?

— Я уверен, что меня никто не осудит, если дам утвердительный ответ на поставленный вопрос. Безусловно, мог. Судите сами, в 1974 году мы стали серебряными призерами чемпионата СССР, проиграв всего лишь один матч в сезоне. Но эта встреча была самая важная. Тогда без поражений выступали элистинский "Автомобилист" и "Вымпел". Судьба золотых медалей решалась в последнем туре в Элисте. Понятно, что игра велась не за два, а за все четыре очка. Нам чуть-чуть не повезло, мы проиграли со счетом 1:2, не использовав для взятия ворот соперника много выгодных моментов. Та возможность повторного успеха была локальной задачей. А вот в стратегическом плане полтавский "Вымпел" мог стать сильнейшей командой Советского Союза на многие годы. И стал бы ею, если бы мы (и, в частности, я) не допустили огромнейшей селекционной ошибки. Во второй половине 70-х годов в Полтаве на просмотре находился молодой нападающий шахтерского "Космоса" Сергей Часовских. В то время он был перспективным игроком, даже успел стать лучшим бомбардиром чемпионата Украины. Конечно, у него были некоторые недоработки в техническом плане, но мы, к сожалению, не учли его молодость, огромное желание самосовершенствования и работоспособность. Короче говоря, Сергей Часовских нам не подошел. Он значился в резерве. Однажды, находясь в Полтаве, тренер "Металлурга" (Видное) Валерий Нифантьев попросил у нас подкрепление в лице молодого игрока, которого он обещал пристроить, на первый раз, в общежитие и гарантировал поступление в один из московских институтов. Конкретных имен Валерий Нифантьев не называл. Жалко было отдавать ему кого-либо из полтавчан, поэтому мы фактически преподнесли ему "на блюдечке" Сергея Часовских. А через год-полтора он заиграл в "Металлурге" так, что нам впору было кусать собственные локти. Сергей Часовских вместе с "Металлургом" восемь раз становился чемпионом СССР и, наверное, столько же раз награждался призом лучшего бомбардира. Кроме того, он стал нашим первым соотечественником, которому предложили поиграть во Франции. Я представляю, как выглядел бы полтавский "Вымпел", не отдай мы тогда Сергея Часовских в распоряжение другой команды...

— После триумфального 1973 года «Вымпел» сник.

— Своим "звездным" составом мы играли еще полтора года. "Вымпел" успел стать серебряным (1974) и бронзовым (1975) призером чемпионата СССР. В тот период ушли из команды Валерий Зеленский, Николай Андрущенко, Леодор Русаков, Владимир Даниляк, Валерий Кудинов. "Вымпел" терял былой авторитет, а в 1978 году вообще занял последнее место в высшей лиге. От "вылета" команду спасло то, что состав участников высшей лиги в 1979-м был "планомерно" увеличен. Что за этим кроется, думаю, каждому болельщику понятно...

— Многих поклонников мотобола "со стажем" до сих пор продолжает удивлять внезапный уход из «Вымпела» Валерия Кудинова, которого местные фанаты носили на руках вместе с его... мотоциклом.

— Конечно, это была невосполнимая, но не такая уж и неожиданная потеря для "Вымпела". Собственно говоря, к такому "разводу" все шло. Просто Валерий не выдержал испытание славой. Он постепенно вышел из-под влияния коллектива. А дисциплина и тренировочный процесс в то время в "Вымпеле" были отлажены так четко, что сейчас просто не верится, что все это могло быть в далеком прошлом. Ежедневно мы проводили по две тренировки, систематически занимались в атлетическом зале, играли в футбол, бегали кроссы, даже участвовали в соревнованиях по мотокроссу...

Игроки "Вымпела" неоднократно "ставили на место" Валерия Кудинова, как равного себе. Возможно, он считал себя "выше" каждого из нас, но, как бы там ни было, общий язык и взаимопонимание с Валерой мы находили всегда. И все же я думаю, что он не ушел бы из "Вымпела", если бы не амбиции Анатолия Ковгана. Он также считал себя обделенным в Полтаве. Да, под его руководством команда стала чемпионом и обладателем Кубка СССР, однако его не устраивали некоторые аспекты "организационной политики". Суть заключается в том, что Анатолий Дмитриевич, работая в Ставропольском крае, фактически был "спортивным хозяином" региона. А в Полтаве суровый принцип единоначалия в его трактовке был значительно урезан. Сами понимаете, тут был еще горком и обком ДОСААФ... Наверное, желание занять "свое" место привело к тому, что Анатолий Ковган пожертвовал такой великолепной командой, как "Вымпел" и снова решил вернуться в Ставропольский край. Но он не хотел возвращаться с пустыми руками в родные пенаты. Он мечтал привезти домой своих земляков - Юрия Алексенского и Валерия Кудинова. Вообще-то Анатолий Дмитриевич был не только отличным специалистом своего дела, но и непревзойденным психологом. Как же он умел уговаривать! Он оперировал такими аргументами, которые могли задеть за живое самые тонкие струны человеческой души. Не согласиться с ним было невозможно. Анатолий Дмитриевич очень долго убеждал меня переехать из Зеленокумска в Полтаву, в своей "пропаганде" по отношению ко мне он, в конце концов, добился того, что "клиент" (то есть я) "созрел". Мне тогда казалось, что он был искренним, и я ему поверил. Но прошло несколько лет и этот же человек начал высказывать совершенно другие контраргументы. Но на меня они уже не действовали. Я твердо решил, что из Полтавы не уеду никуда. А вот Валерий Кудинов решил составить компанию Анатолию Ковгану.

Последний раз "в деле" полтавские любители мотобола видели суперснайпера в 1983 году, когда на мототреке в Россошенцах состоялся товарищеский матч "Вымпел-73" - "Вымпел-83", завершившийся вничью - 3:3. Обидно, что уход Кудинова из "Вымпела" не принес ничего хорошего ни "Вымпелу", ни самому Валерию. После звездного периода в Полтаве он был уже не тот, ведь ему приходилось совмещать спортивные нагрузки с неспортивными "перегрузками". А за пределами Полтавы повлиять на Кудинова не мог никто.

17 лет в составе сборной

— Юрий Никонович, как же «Вымпелу» удалось "воскреснуть"?

— В 1978 году мы "докатились" до последнего места в высшей лиге. Нас спасло от вылета то обстоятельство, что состав участников чемпионата СССР 1979 года в высшей лиге был увеличен. Почему - это остается загадкой. Но есть версия. "Вымпел" - команда областного центра, якобы не имел права покидать класс сильнейших, когда в нем играла сельская команда из нашей же области - "Нива" (Вишняки). Таким образом, "Вымпел" был спасен. Произошли изменения и по отношению к команде. Если раньше нами занималось одно оборонное общество, то теперь к опеке серьезно подключился 20-й завод - это уже был "спасательный круг". Именно с 1979 года начался новый этап прогресса полтавской команды. "Вымпел" пять раз становился бронзовым призером чемпионатов СССР, играл в финале Кубка страны. Но не более того. На большее трудно было рассчитывать, так как главную борьбу за первенство вели два советских суперклуба - "Металлург" (Видное) и "Ковровец" (Ковров). Лишь один раз нам удалось совершить невозможное - победить в турнире Спартакиады народов СССР 1983 года под флагом сборной Украины. Впервые, и единственный раз в истории монополия россиян на спартакиадное «золото» была прервана.

— В вашем послужном списке – множество побед на международной арене. По времени, проведенному в составе сборной СССР, вам не было равных в нашей стране, не так ли?

— В сборной Союза я выступал 17 лет - с 1969 по 1986 годы. За этот период стал 12-кратным обладателем Кубка Европы и был награжден золотой медалью первого чемпионата континента в 1986 году. От нашей команды на международной арене ничего, кроме побед не ожидали. И мы выполняли эту программу-минимум. Мотоболисты, в отличие от некоторых других представителей игровых видов спорта, на деле воплощали в реальность популярный в те времена лозунг "Выше знамя советского спорта!". К европейским первенствам мы относились серьезно. Однако конкуренция внутри нашей страны была не слабее. Как правило, с огромным напряжением проходили матчи с участием непримиримого трио команд - сборных СССР, ФРГ и Франции. Когда мы проигрывали немцам, французы у них выигрывали, когда нас побеждали французы, то потом они "спотыкались" на немцах. Но, все же, такую интригу мы дарили редко. В основном, сборная СССР уверенно побеждала в континентальных турнирах. Лишь дважды за мою бытность в национальной команде мы отдавали пальму первенства французам и, что обидно, в 1982 году это произошло как раз в Полтаве. Тогда в финале сборная СССР выигрывала 2:0, однако соперники сравняли счет, а потом удачнее исполнили серию послематчевых пенальти. На международной арене с нашей дружной командой было трудно конкурировать. Мотобольные функционеры нашей страны знали что мы - сильнейшие в Старом Свете, поэтому иногда, из-за насыщенности календаря всесоюзных соревнований, приходилось "забывать" о Кубках Европы и игнорировать подобные турниры. Достаточно сказать, что за успешное выступление в чемпионате страны можно было рассчитывать на премию, равную нашему окладу - 150 рублей. А за победу в Кубке Европы в первые годы нам выдавали по 50 рублей, но, когда они стали систематическими, то больше 30 рублей мы не получали.

Неравный бой

— Юрий Никонович, одно время вас называли самым техничным мотоболистом Европы...

— Поверьте, этот титул присвоили мне не от "легкой жизни". Достался он мне, скажу честно, по суровой необходимости. Просто однажды ситуация сложилась таким образом, что отступать назад было некуда и пришлось "вызывать огонь на себя". В решающем матче Кубка Европы 1984 года сборная СССР встречалась с командой ФРГ. Западногерманские мотоболисты всегда были обречены на поражение в споре с нами, если они демонстрировали так называемый "открытый" мотобол. Как правило, они прибегали к использованию тактики глубокоэшелонированной обороны с многочисленными нарушениями правил. В 1984 году такой контактный мотобол в исполнении немцев привел к тому, что подавляющее большинство мотоциклов нашей команды вышли из строя. Людей, способных продолжить игру, оказались лишь трое - вратарь и два игрока в поле, одним из которых был я. Что в таких неблагоприятных условиях можно было предпринять? Навязывать сопернику свою игру было бессмысленно. Уйти в защиту - значило подписать безоговорочную капитуляцию, ибо квартет немцев попросту "расстрелял" бы нашего вратаря. До финального свистка оставалось минут 15. Сборная СССР выигрывала со счетом 2:1. Нашему дуэту и лично мне, в силу необходимости, и, прежде всего, с целью удержания победного счета, пришлось сконцентрировать все свое мастерство, накопленный опыт и все резервы физических и моральных сил. Довелось удерживать мяч, владея им, до окончания игры. Как ни пытались четыре западногерманских мотоболиста отобрать его у меня, ничего у них не получилось. Мне трудно представить, как этот неравный бой выглядел со стороны, но то, что я после него еле ноги волочил, так это чистая правда. Все оставшееся время я "убил", и матч так и завершился со счетом - 2:1. Сборная СССР в очередной раз завоевала Кубок Европы. А меня стали называть самым техничным мотоболистом континента.

— Состав сборной СССР на протяжении многих лет был на удивление стабильным.

— Да, это действительно так. Приведу один лишь пример. На протяжении почти всей своей игровой биографии в национальной команде я выступал вместе с Николаем Анищенко из Элисты. В 1969-м нас, как наиболее перспективных мотоболистов, "бросили" на подкрепление черкесского "Домбая", который защищал честь страны в Кубке Европы. С тех пор мы с Николаем выступали на международной арене аж до второй половины 80-х годов. Попасть в состав сборной Советского Союза было пределом мечтаний каждого мотоболиста. Поэтому, надев красную футболку, любой спортсмен пытался, как можно дольше с ней не разлучаться. Каждый старался доказать, что он по-настоящему заслужил право представлять великую страну. И все же, несмотря на великолепную сыгранность состава сборной СССР, в ней существовали строгие порядки и своеобразные традиции. Так, например, каждый новый член коллектива вынужден был брать "шефство" над контролем порядка в автобусе. На него ложилась ответственность за соблюдение чистоты как внутри салона, так и снаружи. Основы этой традиции заложили мотоболисты черкесского "Домбая", впервые победившие в розыгрыше Кубка Европы в 1967 году, и просуществовала она до распада самой мотобольной страны в мире - Советского Союза. Через "веник" прошли все члены сборной страны, и я в том числе. Послаблений не было никаких и никому. Мыли и подметали автобус звезды современного мотобола Валерий Кудинов, Владимир Крутилов, Валерий Кузыченко, Сергей Часовских, Александр Царев.

— Юрий Никонович, какие эпизоды вашей спортивной биографии наиболее запомнились...

— Наверное, этот вопрос одновременно и простой, и сложный. Все дело в том, что вся моя спортивная биография представляет для меня одно неделимое целое. В ней были не только блистательные победы, но и огорчительные поражения. Иногда, совершенно случайно, приходилось становиться свидетелем уникальных событий, которые всегда будет помнить человечество. В 1972 году сборная СССР выступала на мотобольном турнире "Олимпия", который проходил в городе Инцель. Он был посвящен Олимпийским играм в Мюнхене. После завершения мотобольных соревнований президент Федерации мотобола ФРГ Ганс Роланд организовал нам посещение Игр на Олимпийском стадионе. Но стать свидетелями спортивных соревнований нам так и не посчастливилось, потому что именно в тот день на стадионе в Мюнхене проходила траурная церемония в честь памяти погибших от рук террористов израильских спортсменов. Такое трагическое событие произошло впервые в истории олимпийского движения.

«Нас никто не заставлял быть патриотами»

— Вам поступали предложения от западных эмиссаров поиграть, как тогда говорили, "за бугром"?

— От них отбоя не было. Ведь советская школа мотобола была сильнейшей в мире. Но хочу подчеркнуть, что она была сильнейшей именно благодаря патриотизму и самопожертвованию. Сейчас многим современным украинским, да и российским спортсменам, особенно представителям игровых видов спорта как раз и не хватает этих фундаментальных качеств. Честь клуба и честь страны являлись для нас не пустыми словами. Нас никто не заставлял быть патриотами, просто по-другому быть не могло.

Лично я могу сказать, что за долгие годы фактически научился играть в "слепой" мотобол. Когда мои партнеры по команде находились у меня за спиной, я мог "читать" их мысли по... ритму мотора мотоцикла. И если мотоболиста рассматривать как единое целое в системе "человек-мотоцикл", то это будет не аморфное соединение, а единый, живой организм с двумя источниками энергии - сердцем самого спортсмена и мотором его мотоцикла. Когда же между ними устанавливается тесный контакт, он позволяет осуществлять любые намеченные комбинации и тактические построения. Ну, а если вся четверка полевых игроков находится в состоянии отличного взаимопонимания со своим «братом-мотоциклом», и между собой в целом, тогда мотобол превращается в настоящее искусство, от которого испытываешь огромное удовлетворение. Хотя, поверьте мне на слово, мотобол - это нелегкий труд, приносящий и травмы, и увечья. Не обошли они и меня - я был "награжден" не только медалями, но и переломами, тремя случаями сотрясения мозга...

— Юрий Никонович, завершив свою карьеру в полтавском «Вымпеле», вы продолжали служить мотоболу...

— Еще задолго до завершения своей карьеры я сам себе поставил условный "шлагбаум" - дал обещание, что после 40 лет играть уже не буду. Дотянуть до этого срока в полтавском клубе не получилось. Некоторые разногласия с руководством команды привели к тому, что во второй половине 1980-х я расстался с "Вымпелом". Мне предъявили претензии в том, будто мой авторитет в коллективе и моя роль лидера на поле не дают заявить о себе в полный голос остальным игрокам. Однажды, после того, как я получил травму в Коврове, "Вымпел" без Алексенского смог победить в Видном чемпиона СССР - "Металлург". Именно тогда я понял, что мои товарищи по команде смогут обойтись и без меня. Преждевременный уход из команды не дал мне ни малейшего времени для отдыха, ведь в тот период в Полтавской области было много приличных команд всесоюзного уровня. Хотя, честно говоря, после "Вымпела" уже играть не хотелось нигде…

Игорь ЧЕРЧАТЫЙ,
Станислав МАЙЗУС, «Полтавщина»

Новини спорту